Хазрат Инаят: Исповеди, часть X, – Мое посвящение в  суфизм

Столкнувшись с различными типами подлинных и ложных учителей, Хазрат Инаят Хан теперь встречает Муршида, который был предназначен судьбой стать его наставником. 

Этот опыт разных Муршидов подготовил меня для встречи с идеальным учителем, и после шести месяцев беспрестанного поиска, я случайно навестил старого и почитаемого знакомого Молану Хайкулмубина, которому я откровенно признался в своем желании принять Суфизм. 

Размышляя над вопросом, он вдруг получил телепатическое сообщение, что его друг, великий Муршид сейчас к нему идет. Он тут же приготовил для него почетное место, положив подушки, и отправился к воротам, чтобы его поприветствовать.

После периода напряженного ожидания Пир-о-Муршид вошел, принося с собой огромное чувство света. В то время как все присутствующие приветствовали его, смиренно склоняясь, мне вдруг показалось, что я его видел ранее, но не мог вспомнить где. Наконец пристально в него  всматриваясь, я вспомнил, что именно такое было лицо, которое так настойчиво меня преследовало во время моего молчания. Доказательство этого проявилось тогда, когда его взгляд остановился на мне. Он обратился к хозяину  со словами: “О Молана, скажите мне, кем может быть этот молодой человек? Он так притягателен моему духу.”

Молана Хайкулмубин ответил: “Ваше святейшество, этот молодой человек гениальный музыкант и испытывает сильное желание отдать себя Вашему вдохновляющему наставничеству.” 

Тогда Учитель улыбнулся и выполнил просьбу, посвятив меня в Суфизм в тот же самый миг.

“День короток, работы много, работники бездеятельны, награда велика, а хозяин дома поторапливает”.
еврейская поговорка 



Мухаммед Абу Хассим Мадани принадлежал знатному роду Медины, и был прямым потомком Святого Пророка. Моя радость встречи с ним была столь велика, что нашла свое выражение в поэзии и музыке. Наконец обрёл я свою жемчужину среди людей, моего наставника, моё сокровище и луч надежды. Я сочинил песню и спел её ему, и я был уверен, что именно она принесла мне успех и помогла мне в будущей жизни.

Такова была моя песня:

Ты спасение мое, и дана свобода мне,

Меня уже нет; я растаял как жемчужина в сладком вине!

Мое сердце, душа и сам “я”, о да, все они твои;

О Господи, мне больше нечего предложить!



Я пью нектар божественной истины,

Как Моисей слово Твоё, подобно Юсуфу сияют

идущие по твоей стезе; И Христос — твой знак:

Ты воскресаешь к извечной жизни! 



Ты как Мухаммед для тех, кто сокрушается,

Мой дух очищен как золото от рудника,

Я лишь знаю, что сердце мое бьется с твоим,

Как радуется в беспредельной свободе!

Мой Муршид глубоко оценил этот взрыв любви с моей стороны и воскликнул с глубоким чувством: “Да будешь ты благословлен божественным светом и озаришь возлюбленных Аллаха!”

Продолжение следует…